Галина
Mы должны идти в одной упряжке

Мне было 4 года когда началась война. Мы жили в России, в хорошем собственном доме. А через 2 года женщин (маму, ее сестру и бабушку) и двоих детей (меня  и брата) в телячьих варганах в сопровождении немецких солдат повезли в Германию, где взрослые работали на полях и лесоповалах. Жили в страшных бараках люди разных национальностей западной Европы, в строжайшем режиме, когда после 18.00 было запрещено выходить на улицу – просто расстреливали. Чудом мы все 5 человек семьи остались живы. Вернулись в свой поселок, но наш дом немцы подожгли отступая. Война кончилась, отец отыскал нас  с мамой и привёз в Таллинн. Мне исполнилось 9 лет. Самое сильное впечатление тех дней – сказочный Вышгород. Я сразу влюбилась в наш удивительный город и море, которое я раньше не видела. 
    Я закончила одну из лучших школ Таллинна, затем Тартуский университет (обоими учебными заведениями горжусь по сей день). Эстонский язык выучила не в школе (в те времена его преподавали всего 2 года), а общаясь со сверстниками эстонской школы. В студенческом общежитии изучение языка продолжилось. 
    С 10-ти летнего возраста мы с подругами ходили на праздники песни на Певческое поле, с удовольствием наряжались в эстонские национальные костюмы. У нас всех они были.
Но работала я в Ида-Вирумаа, врачом (говорят - неплохим).
    В 1991 году, как и многие русские голосовала за свободу Эстонии. Мои коллеги с энтузиазмом начали изучать эстонский язык, а я им помогала. 
    Народный фронт предлагал дать эстонское гражданство всем желающим, кто на тот момент проживал в Эстонии. Но господин М. Лаар бросил клич: «Освободить площадку!» И началось «закручивание гаек». Все мы с детства живущие и уже многие годы отработавшие на благо своей страны, вынуждены были стоять в очередях Департамента гражданства и миграции, чтоб через 1 год получить гражданство по натурализации. А разве своей жизнью и работой мы уже не доказали лояльность, преданность государству, ставшему нам родным. Мы вместе с эстонцами стойко переносили лишения тех лет, продовольственные карточки и т.д. По непонятным причинам на нас навесили ярлык «оккупанты». Это мы – дети войны; мы не могли отвечать за преступления власти. Мы – русские также пострадали от тоталитарного режима: ссылка, лагеря, изгнания лучших умов. В России, пожалуй, нет семьи, где никто из близких не погиб во время войны (наша семья потеряла 3-х мужчин). 
    Оскорблённые люди, перестали учить эстонский язык. Нас всячески отталкивали, всеми возможными приёмами подчёркивали, что мы «чужаки», люди 2-го сорта, хотя мы трудились как прежде.
    И, к великому сожалению это отторжение навязывалось сверху. За примером далеко ходить не надо: все хорошо помнят заявление президента Х. Ильвеса (имеющего русские корни!), что он не будет учить русский язык потому, что «это язык оккупантов».  А сам-то вырос в Америке, кто его там оккупировал?!
    Хватит отводить людские умы от глобальных проблем, заставляя их жить только прошлым. Пора направить свою кипучую энергию на истинное (а не мнимое!) повышение уровня жизни своего народа. Это же позор, что пенсионеры, создавшие богатство  страны (заводы, фабрики), которое распродано другим государствам, доведены до нищенского существования. И простые эстонские люди думают так же. Мы хотим жить, а не доживать свои годы. А «мудрые» правители продолжают позволять себе оскорблять третью часть населения страны, принудительно навязывая новые требования и запугивать коренное население русской угрозой. 
    Эстония так мала, что разрывать её на части, сея национальную рознь совсем не разумно. Даже преступно. Это наша общая Родина и мы должны идти в одной упряжке. 

Проект поддерживают Европейский Союз, Министерство Културы, Фонд интеграции и миграции  "Наши люди", Европейский фонд интеграции граждан третьих стран