Александр Некрасов: «Времена не выбирают»
Первый раз слово «эстонцы» я услышал где-то в середине 40-х годов прошлого столетия, когда мне было 7-8 лет. Жили мы тогда в Новосибирской области, недалеко от села Ново-Гутово, на ферме №2 совхоза №291 (такой вот был почтовый адрес, и я до сих пор не знаю, а было ли у этой деревни другое название). Когда я учился в первом и во втором классе моя неграмотная матушка Наталья Григорьевна заставляла меня писать письма на фронт моему старшему брату. Помню, как я старательно выводил своими каракулями  «Во первых строках моего письма сообщаем, что...». Маме непременно хотелось сообщить обо всем, что происходит на ферме №2, а для меня каждое написание письма, которое неизменно заканчивалось словами «ждем ответа, как соловей лета», было сущей пыткой.
В нашей небольшой деревушке все жители были связаны с уходом за скотом. Мама рассказывала, что у них на ферме работали две эстонки, которые со своими детьми и стариками жили на окраине деревни. Эстонские дети были очень приветливыми. стеснительными и здоровались на улице со всеми незнакомыми людьми, в том числе и с нами, с детьми. Разговаривали они между собой на непонятном для нас языке.
В 1945 году мы с мамой переехали жить в город Кемерово, к сестре, которая работала, как она выражалась «в учреждении» и имела ведомственную комнату в коммунальном доме. Жаль, что я в то время не поинтересовался, как это она, дочь «врага народа», репрессированного в 1937 году, оказалась на работе в администрации ...тюрьмы. В 1935 году нашу семью «раскулачили», отобрав у нас добротный дом, а в 1937 году забрали отца. Навсегда.
В 1946 году сестра вместе со своим «учреждением» была переведена на работу в Эстонию. Две-три недели мы в городе, который позже стал называться Силламяэ, жили в землянке, затем получили комнату в бараке, где находилась и наша школа и где по вечерам показывали кино. Называлось все это клубом «Приморский». Кстати, как склад, этот барак сохранился до наших дней.
В 1947 году на летних каникулах мать предложила мне поехать на хутор под Синимяэ, к дедушке Юхану, который иногда заходил к нам в гости, когда приезжал на базар с простым своим товаром. Он пил чай, согреваясь после базара, угощал меня своим деревенским хлебом и, гладя по голове, приговаривал: «Tubli poiss!» («Славный малец!»). На хуторе я провел два месяца. Бабушка, vanaema, как я ее стал сразу называть, знала по-русски 3-4 слова, а я аж целых 20 эстонских слов. Но, как принято говорить сейчас, «языковое погружение», «интеграция» были процессами очень естественными, а потому и эффективными, так что к концу августа я уже сносно говорил по-эстонски, и общался не только с бабушкой, но с Калью и Калевом с соседнего хутора, с которыми я вместе пас коров и овец. Калью и Калев здоровались со всеми незнакомыми людьми и этим очень мне напоминали эстонских ребят из нашей сибирской деревушки.
После окончания в 1957 году Кохтла-Ярвеского сланцеперерабатывающего техникума мы добровольцами отправились работать на Урал, где трудились на газо-бензиновом заводе в Башкирии. Летом 1960 года я поступил учиться на очное отделение филологического факультета Башкирского государственного университета. Мои сокурсники по техникуму, отслужив в армии, вернулись в Эстонию, а я задержался в Башкирии еще на целых 10 лет, успев за это время жениться и пять лет отработать в районной газете. Лишь в 1970 году, при содействии своего преподавателя из техникума Алексея Варкки, который был авторитетным человеком в городе и создателем Кохтла-Ярвеского филиала Таллиннского политехнического института, я переехал с семьей в Эстонию. Был заместителем редактора городской газеты, первым редактором газеты «Шахтер Эстонии», которая существует по сей день. Занимался работой с персоналом в объединении «Эстонсланец», а последние десять лет перед выходом на пенсию – в русскоязычных изданиях «Эстония», «Вести дня», «Вести недели», пока они не закрылись.
Нужно отдать должное руководству объединения «Эстонсланец» особенно Вяйно Вийлупу, который был не только хорошим организатором производства, но активным участником спортивной жизни. Так в 50 лет я принял участие в республиканском первенстве ветеранов спорта, и неожиданно для себя  стал (в спринте) чемпионом Эстонии. Уже более 20 лет вхожу в состав сборной легкоатлетов-ветеранов спорта Эстонии и являюсь обладателем нескольких десятков медалей (в основном «золотых») первенства Эстонии. В моем активе 5-ое место на чемпионате Европы в Германии и 9-ое в беге с барьерами на чемпионате мира в Италии. Обширна моя спортивная география: я побывал во всех странах Скандинавии, в Германии, в Греции, в Италии (дважды), в ЮАР.
Так сложилась моя судьба в Эстонии, где выросли мои дети. Сын живет в Таллинне и работает в книжном издательстве, его дочь (моя внучка) успешно осваивает ведение гостиничного хозяйства в Оксфорде. Дочь, предприниматель, с семьей живет в Кохтла-Ярве, а ее старший сын на английском языке в Дании изучает секреты маркетинга. Иногда мы с женой ворчим на них, но очень быстро приходит на память, какими мы сами были в молодости. Дети не похожи на нас, так даже здорово: у каждого поколения должны быть свои горизонты и свои масштабы.


Проект поддерживают Европейский Союз, Министерство Културы, Фонд интеграции и миграции  "Наши люди", Европейский фонд интеграции граждан третьих стран