10 000 километров
Приблизительно таким длинным был путь из города моего детства Хабаровска в город Тарту, который на стыке 1987-88 годов стал моим новым домом.  Но это был не самый дальний рейс, который к этому времени мне удалось совершить. Благодаря работе моих родителей, мне посчастливилось ребенком повидать мир намного больше, чем большинству моих ровесников.

Детство
Хотя моё детство прошло преимущественно в Хабаровске, родилась я в Ташкенте, где проживала моя бабушка Августа, почему ее именно так звали – точно неизвестно.
Детство, проведенное в Хабаровске, оставило самые светлые и счастливые воспоминания. Удивительная природа Дальнего Востока, извилистый Амур...
Каждый год летом мы всей семьей ходили в походы, ездили отдыхать на берег Японского моря, или же проводили время у прабабушки в Артеме.
Когда позднее моего отца послали на четыре года работать в Африку, то мы с братом снова жили у бабушки в Ташкенте, где я училась во втором и третьем классе.
В четвертый класс я ходила уже в Африке в Гвинее, по месту работы папы и мамы. Там наша семья жила вместе с другими зарубежными специалистами –  инженерами, врачами, приехавшими в Гвинею способствовать развитию зкономики и высшего образования. Например, были преподаватели из ГДР, по соседству жила семья французских врачей, чьи дети были с нами одного возраста. Мы подружились и часто играли вместе. У нас бывало много гостей, среди них друзья отца -  гвинейцы. Вообще, в городке царила хорошая,  дружественная атмосфера, часто организовывались общие посиделки. 
Так как при посольстве была только четырехлетняя школа, я, спустя год, должна была вернуться к бабушке в Ташкент.
Еще через год из зарубежной командировки вернулись мои родители, и мы опять вернулись все вместе в Хабаровск.

Он
После окончания средней школы я поступила в Хабаровский Политехнический институт учиться на иженера. В студенческие годы, еще со школьными друзьями, мы часто ходили в местную школу верховой езды. Просто так, поездить верхом для своего удовольствия. Именно там судьба свела меня с моим будущим мужем. 
В Хабаровске находился большой военный аэродром, на котором проходил службу один молодой человек из Тарту, с детства увлекающийся лошадьми. 
Когда удавалось улизнуть в город в самоволку, он всегда приходил в конную школу. Там мы и познакомились. Я даже не догадывалась, что он - солдат срочной службы и считала его офицером. Дружба с солдатами не одобрялась среди девушек! Но мы были влюблены и провели вместе всю весну и лето (столько, сколько ему удавалось улизнуть в самоволку  J).
Наконец я пригласила его в гости, чтобы познакомить с родителями. Кандидат в женихи так волновался, что от волнения забыл почти весь свой русский язык. Моя мама высказала отцу свои сомнения: « Как они вообще будут друг друга понимать?»  На что отец отреагировал по-житейски мудро: «Они и так друг друга хорошо понимают, зачем им еще разговаривать!»
Осенью молодой человек закончил службу и нам нужно было решать, что делать дальше. Он сказал, что не сможет жить нигде, кроме Эстонии, и позвал меня с собой. Однако, в институте у меня как раз шел четвертый курс. Я хотела закончить вуз, поэтому решила остаться в Хабаровске. Он уехал в Эстонию и начал слать мне письма, да еще были междугородние звонки... К счастью телеграф находился недалеко от моего дома. 
Мой будущий муж сделал все, чтобы заманить меня в Эстонию.
Его родители были согласны с таким планом и однажды вызвали моих родителей на переговоры... Тут я и поняла, что у моего кавалера серьезные намерения...
Я сдала в институте зимнюю сессию и отправилась в путь. Будущий муж встречал меня в Москва в аэропорту с двумя цветочками в руках. В России же не принято по случаю радостного события дарить четное число цветов, так что я сначала испугалась, а позднее узнала, что в Эстонии бывает и подругому. Поезд Москва -Тарту-Таллинн привез нас прямо в Тарту...

Тарту
Сначала мы жили под Тарту, где у родителей моего мужа была дача, пригодная для круглогодичного проживания. Здесь меня поджидал первый сюрприз: котел центрального отопления, который нужно было топить углем! До этого я жила только в домах с центральным отоплением и мне пришлось учиться топить. Но я, конечно, справилась, другого выхода небыло.Первый свой собственный дом – двухкомнатную квартиру мы приобрели спустя несколько лет. 
Еще до приезда в Эстонию выяснилось, что мне нельзя будет  продолжить учебу в Таллиннском политехническом институте, там не было моей специальности. Поэтому диплом я получила в Московском институте, обучаясь заочно. 
Первый год жизни в Эстонии я в основном занималась учебой. 
От заочного обучения оставалось довольно много свободного времени, которое я частично использовала для знакомства с Тарту. Например, добиралась на автобусе до центра города, а потом просто бродила то в одном, то в другом направлении, попадая в различные районы города. Одним из первых впечатлений было то, что Хабаровск казался более зелёным городом, чем Тарту, хотя и здесь нельзя было пожаловаться на недостаток деревьев. Я всегда считала себя хорошо ориентирующейся в больших городах и современных микрорайонах, но в Тарту мне иногда удавалось заблудиться в Супилинне или Карлова. Поначалу меня удивляло то, что люди хотят жить в домах без удобств.  Хабаровск довольно большой город, около 700 000 жителей. Старые дома в нем можно найти только в тех местах, где расширяющийся город захватил в свои границы бывшие деревни. Все жители таких старых домов мечтали о квартирах с удобствами в новых домах. Постепенно и по мере того, как районы Тарту с деревянной архитектурой стали реставрироваться и преображаться, я научилась ценить их очарование. 
Когда мои родители приехали к нам в гости, и я показывала им город, мой отец был приятно удивлен, тем что я здесь так хорошо ориентируюсь и много знаю.

Эстонский язык
Дома с мужем мы сначала говорили по-русски,  по-русски умели говорить и его родители, и друзья. Кто-то больше, кто-то меньше.
В первый год я не могла различить ни слова в эстонском языке. На второй год было лучше, слышала фразы и уже знала значение многих слов, но не решалась еще разговоривать сама.  В основном, боялась того, что если я и сумею сказать что-нибудь или спросить о чем-нибудь, вдруг случится неловкая ситуация, что не пойму ответа...
Между прочим, мои родители поначалу немного беспокоились и интересовались, как к нам относятся в Эстонии, не смотрят ли косо... Тогда было просто такое время. Советский Союз начал разваливаться, и национальные республики взяли курс на независимость. Получая от меня ответ, что у нас все хорошо, родители успокоились и вопросы прекратились. 
Я ездила к ним каждое лето вплоть до 1994 года, когда они оба покинули этот мир. 
По приезде в Эстонию я действительно не приобрела никакого – или почти никакого – неприятного опыта на национальной почве. Может быть иногда слышала где-то на улице недоброжелательные замечания, но они исходили от, во всех смыслах, необразованных и грубых людей, чьи слова я ни в коем случае не принимала близко к сердцу. Круг наших друзей и знакомых составляли интеллигентные и прекрасные люди, с которыми никогда не возникало конфликтов. 
Правда, для меня вначале и до сих пор остаётся непривычным в Эстонии то, что здесь придают такое большое значение национальности.  Её считают как бы основным качеством человека. Если это ограничивается простым интересом, то это неплохо, но, по-моему, нельзя относиться к кому-либо предвзято только из-за его национальной принадлежности. 
Население Дальнего Востока  довольно многонационально, но там никогда не разделяют людей по национальности. Все зависит только от самого человека.  Так это и должно быть. 
Что касается независимости Эстонии, полученной в 1991 году, то для меня она не явилась каким-то особенным сюрпризом – в обществе уже длительное время происходили процессы, показывающие, что дальнейшее развитие пойдет именно по этому пути. 
К этому времени я настолько прижилась в Эстонии, что мысль уехать отсюда уже не приходила мне в голову. Благодаря замужеству, у меня не было никаких проблем и с получением гражданства.

Работа
Не было у меня в Эстонии проблем и с устройством на работу. Вначале, еще до получения диплома инженера, увидела в газете «Вперед» объявление что, требуются работники в открывающийся детский сад, где были и эстонские и русские группы. Меня без долгих разговоров сразу взяли на работу. 
Когда же я получила диплом, то захотела работать по специальности. Устроилась на предприятие “Tartu Maja”. Начала работать там в проектном бюро в 1989 году и проработала в этой области до 2000 года. 
Коллектив был дружным,  наряду с эстонцами работали несколько русских специалистов. Именно там и в то время я завела себе друзей в Эстонии. Несмотря на то, что жизнь развела нас в разных направлениях, мы тесно общаемся до сих пор. Вспоминаю одну эстонку, которая пришла на работу в бюро калькировщицей. Мы сразуже подружились и свободное время проводили вместе. Единственной преградой в общении было её практически полное незнание русского языка. Поэтому именно она была первой, с кем я отважилась начать говорить по-эстонски, и таким образом я  вскоре совсем освоила эстонский язык. 
Помню, посещала курсы эстонского, организованные Народным фронтом, но только на курсах язык не выучишь, хотя и от этого была  польза.
Однажды, когда супруг уезжал в комaндировку, он принес мне два видеофильма чтоб я не скучала: один на русском,а другой на эстонском языке.  Я смотрела фильмы и в какой-то момент заметила, что больше не обращаю внимания на то, на каком языке говорят.
Настал момент, когда я захотела перемен в работе.  На старом месте не открывались возможности карьерного роста. И я ушла из проектного бюро, надеясь найти новую работу, где можно было бы больше общаться с людьми. Я следила за объявлениями вакансий и обнаружила, что Городской управе требуется инспектор по строительству.  Я просто обмолвилась об этом супругу, когда мы в те дни проходили мимо здания Городской управы на ул. Кююни.
Муж посоветовал мне сразу зайти и узнать все поподробнее. Сказано – сделано. Я побеседовала с начальником отдела, который в итоге сказал: « Мы все равно не найдем кандидата лучше вас, просто пришлите CV, как этого требует предписание.» Я так и сделала и уже через пару дней вышла на работу. Работа служащего оказалась гораздо более напряженной и бюрократичной, чем я себе представляла. Однако, видя эту систему изнутри, я научилась полезному в дальнейшей жизни умению - общаться с официальными инстанциями. После этого я некоторое время работала в сфере недвижимости. 
На сегодняшний день у нас с супругом имеется своя разносторонняя семейная фирма, в которой уже работают и наши сыновья. Супруг остался верен своему призванию – заниматься лошадьми. Нам принадлежит конюшня недалеко от Тарту, где содержат своих лошадей прежде всего профессиональные наездники, а также и просто любители. 
Конюшню мы приобрели еще в 90-х годах, и нам пришлось сделать очень много, чтобы привести ее в порядок. За спортивными лошадьми необходим хороший уход – скорее уж сам «затянешь ремешок». 
Однажды у нас совсем не было денег. Но друзья принесли нам огромный мешок картошки, которой семья смогла питаться некоторое время. От воспоминаний об этой помощи на сердце становится теплее. 
Со временем пришлось ремонтировать строения, перестраивать - обдумывали все с супругом сообща. Так наши профессии слились воедино в семейной фирме. Сейчас мы занимаемся тем, что действительно любим, и к этому стоит стремиться в жизни каждому.  


  
Проект поддерживают Европейский Союз, Министерство Културы, Фонд интеграции и миграции  "Наши люди", Европейский фонд интеграции граждан третьих стран